Исходный текст
(1)Это избитая истина: как только вспомнишь юность, становится грустно. (2)Вероятно, потому, что сразу вспоминаешь друзей своей юности. (3)И в первую очередь уже погибших друзей. (4)Здесь, возле памятника Крузенштерну, я последний раз в жизни видел Славу. (5)Он шёл по ветру навстречу мне, подняв воротник шинели и тем самым лишний раз наплевав на все правила ношения военно-морской формы. (6)На Славкиной шее красовался шерстяной шарф голубого цвета, а флотский офицер имеет право носить только чёрный или совершенно белый шарф. (7)Из-за отворота шинели торчали «Алые паруса» Грина. (8)А фуражка, оснащённая совершенно неформенным «нахимовским» козырьком, выпиленным из эбонита, сидела на самых ушах Славки. (9)Надо сказать, что за мою юношескую жизнь творения Александра Грина несколько раз делались чуть ли не запретными. (10)А Славка всегда хранил верность романтике и знал «Алые паруса» наизусть. (11) – Ты бы хоть воротник опустил, – сказал я. (12) – У меня недавно было воспаление среднего уха, старик, – сказал он. (13)Мы не виделись несколько лет. (14)Я служил на Севере, а он на Балтике. (15)Я плавал на аварийно-спасательных кораблях и должен был уметь спасать подводные лодки. (16)А он плавал на подводных лодках. (17) – Здорово! – сказал я. (18) – Здорово! – сказал он. (19)И мы пошли в маленькую забегаловку в подвале поговорить. (20)Я уговаривал его бросить подводные лодки. (21)Нельзя существовать в условиях частых и резких изменений давления воздуха, если у тебя болят уши. (22) – Потерплю, – сказал Славка. (23) – Я уже привык к лодкам. (24)Я люблю их. (25)Через несколько месяцев он погиб вместе со своим экипажем. (26)Оставшись без командира, он принял на себя командование затонувшей подводной лодкой. (27)И двое суток провёл на грунте, борясь за спасение корабля. (28)Когда сверху приказали покинуть лодку, он ответил, что они боятся выходить наверх – у них неформенные козырьки на фуражках, а наверху много начальства. (29)Там действительно собралось много начальства. (30)И это были последние слова Славы, потому что он-то знал, что уже никто не может выйти из лодки. (31)Но вокруг него в отсеке были люди, и старший помощник командира считал необходимым острить, чтобы поддержать в них волю. (32)Шторм оборвал аварийный буй, через который осуществлялась связь, и больше Слава ничего не смог сказать. (33)Когда лодку подняли, старшего помощника нашли на самой нижней ступеньке трапа к выходному люку. (34)Его подчинённые были впереди него. (35)Он выполнил свой долг морского офицера до самого конца. (36)Если бы им удалось покинуть лодку, он вышел бы последним. (37)Они погибли от отравления. (38)Кислородная маска с лица Славы была сорвана, он умер с открытым лицом, закусив рукав своего ватника. *Виктор Викторович Конецкий (1929-2002 гг.) - прозаик, сценарист, капитан дальнего плавания
Почему воспоминания о юности вызывают столь смешанные чувства – радость и боль одновременно? Виктор Викторович Конецкий в своём отрывке поднимает проблему неутолимой грусти, связанной с прошлым, когда в памяти вновь оживают лучшие мгновения, но и утраты, особенно утрата друзей. Автор рассказывает о последней встрече с Славой, другом юности, который своим бунтарским поведением и неформальным обликом стал ярким символом истинного романтизма, противостоящего условностям и правилам.
Позиция автора заключается в том, что юность – это время, когда личная свобода и идеалы важнее любых внешних норм, а истинное величие личности проявляется не в слепом подчинении, а в следовании своим принципам, даже если это ведёт к трагическим последствиям. Эту мысль автор раскрывает на двух примерах. Первый пример – это описание Славы, который, нарушая правила ношения военно-морской формы, носил голубой шерстяной шарф и неформенный «нахимовский» козырёк. Здесь через детализацию внешнего облика герой выражает свою индивидуальность и любовь к романтике, демонстрируя, что даже в строго регламентированном мире существует место для личного выбора. Второй пример – его героический поступок в экстремальной ситуации, когда Слава, приняв на себя командование затонувшей подводной лодкой, боролся за спасение экипажа, несмотря на физическую боль и давление обстоятельств. Этот пример иллюстрирует, что истинная преданность идеалам остаётся даже перед лицом неминуемой погибели.
Связь между этими примерами выражается через дополнение: первый пример формирует образ свободного и неординарного человека, а второй подтверждает, что именно такие качества позволяют сохранять честь и человечность даже в самых сложных ситуациях.
Лично я поддерживаю позицию автора, считая, что истинная ценность юности заключается в индивидуальности и верности своим идеалам, даже если это приводит к утратам. В подтверждение моего мнения можно привести образ Петра Гринёва из «Капитанской дочки» А. С. Пушкина, который, несмотря на испытания судьбы, оставался верен принципам чести и любви к своей Родине. Таким образом, как судьба Славы, так и поступок Петра Гринёва показывают, что жизненный выбор, основанный на внутренних убеждениях, имеет моральное превосходство над условностями.