Задание №24 — Функционально-смысловые типы речи

(1)Однажды вечером, подготовляясь к завтрашнему уроку по проклятой фортификации, Александров громко и злобно чертыхнулся: — Нет, когда же я, чёрт побери, освоюсь с этой фортификационной путаницей, да будут прокляты и она, и полковник Колосов. (2)Сосед его по койке, скромный, тихий, благовоспитанный Прибиль, сказал сочувственно: — Послушайте-ка, друг Александров, не сердитесь на то, что я ввязываюсь не в свое дело. (3)Я уже давно замечаю, что у вас постоянные недоразумения с фортификацией. (4)Мне кажется, что я могу вам немножко помочь, если вы, конечно, позволите. (5)Всё дело в сущем пустяке, который можно в одну минуту удалить. (6)Вот, например, мой портсигар. (7)Предположим, что он вам очень понравился и вам хочется заказать мастеру совершенно точно такой же. (8)Что вы для этого делаете? (9)Вы приходите к мастеру и говорите: «Любезный мастер, сделайте мне хороший портсигар из карельской берёзы, шести дюймов в длину, четырёх в ширину и двух в толщину». (10)Не так ли? (11)Для того чтобы заказ лучше удержался в его памяти, вы можете взять листик бумаги, карандаш и линейку и начертить все размеры. (12)Ведь не придёт же вам в голову написать этот портсигар для мастера на полотне масляными красками, хотя вы и отличный художник? (13)Вы смотрите на фортификационные чертежи как на стереометрию, а они только планиметрия. (14)На другой же день, во время очередной репетиции, Александров дал своим сокурсникам небольшое представление. — (15)Александров! — вызвал его своим бесцветным голосом полковник, у которого и глаза, и перо, казалось, уже готовились поставить привычную единицу, — потрудитесь начертить двойной траверс и указать все его размеры. (16)Александров подошёл к доске, вынул из кармана тщательно очищенный по колосовской манере мелок, завёрнутый аккуратно в чистую белую бумагу, и совершенно колосовским, стеклянным голосом громко объявил: — Двойной траверс. (17)Он чертил замечательно скоро и уверенно. (18)Окончив чертёж и подписав все цифры, Александров со спокойной отчётливостью назвал все линии и все размеры, не произнеся ни одного лишнего слова, не сделав ни одного ненужного движения, спрятал мелок в карман и по-строевому вытянулся, глядя в холодные глаза полковника. (19)Колосов помолчал. (20)Впервые юнкера увидели на его каменном лице что-то похожее на удивление. — (21)Гм. (22)Теперь вы меня поставили в очень неудобное положение. (23)Поставить вам двенадцать я не могу, ибо это знак абсолютного совершенства, какого в мире не существует. (24)Одиннадцать — это самый высший балл, на который знаю фортификацию только я. (25)Поэтому не обижайтесь, что на этот раз я поставлю вам только десять. (26)Можете сесть. (27)Это была большая победа, окрылившая Александрова. (28)После неё он сделался лучшим фортификатором во всём училище и всегда говорил, что фортификация — простейшая из военных наук. (По А. И. Куприну)